Гиноцентризм

Происхождение термина

Проблема гиноцентризма, который вероятно существовал тысячелетия [1] [2] [3], заинтересовала европейских учёных только в середине 1800-х годов

Результаты исследования моноцентрических культур опубликовал Иоганн Якоб Бахофен в работе «Das Mutterrecht» — учёный использовал термин «гинекократия» для обозначения того, что происходило на разных этапах социального развития в тот период, когда женщины оказывали «гражданское правление». Учёные гиноцентрических культур также используют различные термины, например: «matrifocal» (определяемый матерью) или матриархальный для обозначения обществ, в которых влияние женщин является доминирующим[4].

Термин гиноцентризм возник как элемент биолого-социологической теории. Американский социолог Лестер Уорд в книге «Чистая социология» (1903) он ввёл понятие «андроцентризма» и противопоставил ему «гиноцентрическую теорию». Согласно ей, в эволюции жизни женский организм первичен как носитель репродукции, а мужской пол в ходе развития стал лишь вторичным [4].

Андроцентрическую теорию Уорд описывал как взгляд, по которому мужской пол первичен, женский вторичен, и «всё вращается вокруг мужчины» [5]. Эту схему он считал ошибочной и предлагал заменить её теорией женской первичности.

Идеи Уорда поддерживали участницы женского движения. Британская активистка Дора Монтефиоре познакомилась с Уордом лично и написала для социалистической прессы краткое изложение «гиноцентрической теории», а затем более развёрнутые тексты [6]. Одако оно подверглось критике и в среде самих социалистов, например социалист Э. Белфорт Бакс в 1909 году утверждал, что выводы Уорда не следуют из его биологических посылок и не подтверждают марксистскую теорию [7].

Германские племена (I век)

Женщина в семье и в представлениях о священном

Оценка мужский ран женщинами: Самое раннее подробное описание оставил римский историк Тацит около 98 года. По его рассказу, боевые отряды германцев складывались из родов и семей, поэтому рядом с воинами находились женщины и дети. Матери и жёны считались самыми важными свидетелями мужской доблести: им показывали раны, и они не боялись их оценивать [8]. Тацит пишет и о том, что в женщинах видели особую святость и дар предвидения, а к их советам прислушивались. В качестве примеров он называет Веледу, которую при императоре Веспасиане многие почитали как божество, и более раннюю Аврини [8].

Свадебная символика: Жених приносил невесте волов, оседланного коня и оружие, а она дарила мужу оружие в ответ. Этот обряд напоминал, что жена становится спутницей мужа в труде и опасности [8]. Тацит также отмечает редкость измен и осуждение тех, кто ограничивает число детей [8]. Его удивляло, что дядя по матери воспринимался почти как отец, а иногда эту связь считали даже более священной [9].

Культ матрон на Рейне (I–III века)

Яркий пример культа женских божеств в римских провинциях Европы связан с племенем убиев в районе между Нейсом, Бонном и Аахеном. В I–II веках там почитали Матрон, триаду женских божеств. Известно более 600 посвящений, и это крупнейший из засвидетельствованных культов в провинции Нижняя Германия [10].

Божества изображены в традиционной одежде убиев, носят кельтские и германские имена, а алтари выполнены по римскому образцу [10]. Чаще всего их показывали сидящими женщинами, группой из трёх [11]. Рецензенты отмечают, что мастера и заказчики алтарей стремились передать на языке римского искусства свои заботы о плодородии и о загробной жизни [12].

О самом культе известно ограниченно: письменных текстов о нём нет, сохранились лишь камни с посвящениями [11]. Спорным остаётся и происхождение: одни исследователи видят в нём кельтский культ, усвоенный романизированными убиями, другие считают его результатом смешения местных и римских традиций [13].

Весталки (III век)

В римском мире особое место занимали шесть жриц Весты, которые поддерживали священный огонь. Поступая на службу, девочка выходила из-под власти отца и получала право составлять завещание [14]. Весталок сопровождал ликтор, они ездили в закрытой повозке, а на общественных представлениях у них были почётные места [15]. Состояние коллегии связывали с благополучием государства, а сама она существовала до 394 года, когда её распустил император Феодосий I [15]. Почёт имел свою цену: нарушение обета целомудрия карали смертью, какой не знали для других граждан [16].

Дева Мария и женщины-мученицы (IV–V века)

В христианской культуре особое положение женщины проявилось в почитании Девы Марии и женщин-мучениц. Мученицу Феклу, спутницу апостола Павла, почитали как одну из первых женщин, чей культ развивался рядом с марианским [17]. В IV веке Амвросий Медиоланский представлял Марию как образец добродетелей [18]. После Эфесского собора 431 года, принявшего титул Богородицы, почитание Марии быстро распространилось в искусстве, богослужении и народной религиозности.

Историки спорят, насколько рано сложился отдельный культ. Энциклопедия Шаффа–Герцога полагает, что до конца IV века регулярного культа Девы Марии не было, а Эфес стал поворотным моментом [19]. Современный обзор книги Стивена Шумейкера, напротив, утверждает, что собор подтвердил уже сложившуюся традицию, а не начал новую [17].

Варварские правды (V–VI века)

Германские обычаи записывали лишь после падения Западной Римской империи [20]. В Салической правде денежное возмещение за убийство свободной женщины детородного возраста составляло 600 солидов, как за королевского дружинника или священника, что демонстрирует значимость женщины для франкского общества [21]. Российские справочные издания также отмечают, что в варварских правдах сохранилась особая защита женщин и детей [22].

Римская империя (I–III века)

Культ Исиды: Египетская богиня Исида стала одним из самых популярных божеств в Римской империи. Ее почитали как защитницу женщин, брака, материнства и создательницу законов. В гимнах Исиде подчеркивалось, что она дала женщинам равную силу с мужчинами.

Раннее христианство: В I–II веках христианские общины предлагали женщинам альтернативный социальный статус. Женщины часто становились первыми явными последовательницами, спонсорами общин и выполняли роли дьяконис. Однако уже к III веку, по мере институционализации церкви, патриархальные структуры вернули контроль, ограничив авторитет женщин.

Культ Прекрасной Дамы

В Средневековье (особенно с XI–XII веков) гиноцентризм проявился как рыцарский культ и куртуазная любовь.
Куртуазная любовь: В южной Франции (Окситания) трубадуры начали воспевать Прекрасную Даму. Мужчина (рыцарь) добровольно принимал статус «слуги» или «вассала» своей возлюбленной. Она становилась его госпожой, чей каприз — закон.

Идеализация и пьедестал: Женщина из плотского существа превратилась в земное божество. Ради её улыбки или платка рыцари рисковали жизнью на турнирах и в походах.

Религиозный контекст: Параллельно развивался культ Девы Марии (мариолатрия). Культ Богородицы в католической церкви сильно смягчил суровые средневековые нравы и поднял духовный статус женщины.

Викторианская эпоха

Трактат «Благородство и совершенство женщин и пороки и недостатки мужчин», 1600 год — автор трактата Лукреция Маринелла является ярким примером венецианского общества 1600 года, в своём трактате она описывает гиноцентричную кульутру Венеции 17 века и женское.

Она указывает что даже мужчины из высших сословий снимают шляпы, кланяются и прислуживают женщинам за столом, в то время как обычные мужчины работают в грязной одежде, выполняя роль слуг или «вьючных животных, рожденных для служения женщинам» [23]

«В нашем городе удивительно наблюдать за женой сапожника, мясника или даже носильщика, наряженной в золотые цепочки на шее, с жемчугом и драгоценными кольцами на пальцах, в сопровождении двух женщин, помогающих ей, и, напротив, видеть ее мужа, разделывающего мясо, испачканное бычьей кровью и лежащее на пятках, или нагруженного, как вьючное животное, одетого в грубую ткань, как это делают с носильщиками» [24]

Подобные разрыв в качестве жизни Лукреция объясняет следующим образом:

«На первый взгляд может показаться удивительной аномалией видеть жену, одетую как леди, а мужа настолько низко, что он часто выглядит как ее слуга или дворецкий. Но если мы внимательно рассмотрим этот вопрос, то обнаружим, что это вполне разумно, поскольку женщине, даже если она смиренна и низка, необходимо быть украшенной таким образом из-за ее природного достоинства и превосходства, а мужчине — менее утонченным, словно слуга или животное, рожденное для того, чтобы служить ей»

И немного ниже добавляе об особом уважеительно обращении к женщине независимо от её сословият

«Когда мужчины обращаются к женщинам таким образом, они оказывают им почёт, хотя, возможно, и не преследуют такой цели, называя их госпожами, даже если те смиренны и обладают низким нравом. По правде говоря, чтобы выразить благородство этого пола, мужчины не могли бы найти более подходящего и уместного имени, чем „донна“, которое сразу же показывает превосходство и первенство женщин над мужчинами, потому что, называя женщин госпожой, они показывают, что по необходимости являются подданными и слугами [24]

Автор также пишет что мужчины Венеции 17 века, возможно не делая того, признают свое положеие и женщину выше себя:

«Мужчины почитают женщин великими и высокими титулами… повсеместно называя их donna, что означает „госпожа“ и „хозяйка“. Когда мужчины называют женщин так, они, сами того не желая, признают их превосходство над собой, ибо, называя женщину хозяйкой, они неизбежно выставляют себя подданными и слугами» [24]

Ещё один пример того периода это диалог «Достоинство женщин», написан в 1592, опубликован в 1600 году. автор Модеста Поццо (авторский псевдоним: Модерата Фонте), пишет что подобное положение дел, женское привосходство и тяждёлы труд мужчин, естественны и разумны:

«Разве мы не видим, что истинная задача мужчин — выходить на работу и изнурять себя, пытаясь накопить богатство, как если бы они были нашими управляющими или доверенными лицами, чтобы мы могли оставаться дома, как хозяйки дома, направляя их работу и наслаждаясь плодами их трудов? Вот, если хотите, причина, по которой мужчины от природы сильнее нас.» [25] [26]

Джентельменство XIX века

Культура джемнтельменов, в отношении женщин налагала на муждчин мнодетсво обязщаностей, состояли они в особом увжении к женщине, устапка ей лучших мест, открывание ей дверей, подчи руки при спуске с возвышенности и прочее, в частности существовало строгое правило: джентльмен, в случае дождя, не просто держит зонт над дамой, он обязан держать его так, чтобы женщина была полностью сухой, даже если сам мужчина при этом стоит под проливным дождем [27].

Многие правила кодекса джентельменов встерчаются и тперь, в частности пропускать женщину вперед, предлагать ей лучшее место в кафе и уступать место в транспорте, уступать место женщинам, хотя и не влечет отвественнсти за нарушение, даже еявлется официальным правилом московского метрополитена п. 1.3 гласит «1.3. Лица, находящиеся на территории метрополитена, должны быть взаимно вежливыми, уступать места в вагонах поездов инвалидам, пожилым людям, пассажирам с детьми и женщинам, соблюдать чистоту и общественный порядок, бережно относиться к сооружениям и оборудованию метрополитена.» [28]

Эволюционные теории начала XX века

Шарлотта Перкинс Гилман (1860–1935), последовательница Уорда, считала женщин исходно доминирующим полом, нуждавшимся в мужчинах лишь для оплодотворения. В книге «Мир, созданный мужчинами» (1911) она описала «андроцентрическую культуру», которую современные исследователи сопоставляют с тем, что ныне называют патриархатом [29].

На съезде в Вашингтоне 12 февраля 1904 года была изложена теория Уорда: на ранних этапах эволюции самка была крупнее и сильнее, а самец оставался «small, often a parasite» (мелким, нередко паразитом) и существовал ради размножения; затем, по этой версии, мужчина «подчинил» женщину [30]. Эту теорию использовали как аргумент в пользу избирательных прав для женщин: утверждение о мужском превосходстве объявлялось следствием позднейшего исторического процесса, а не природы. Монтефиоре в 1920 году защищала ту же схему, опираясь на Уорда [6].

Феминизм XX века

В 1982 году Салли Миллер Гирхарт в эссе «Будущее — если оно есть — женское» предложила три условия «менее насильственного мира»: утверждение женского будущего во всех культурах, передача «ответственности за вид» женщинам и сокращение доли мужчин примерно до 10% человечества. Она допускала достижение этого не через насилие, а с помощью репродуктивных технологий — клонирования или «слияния яйцеклеток», при которых рождаются только девочки [31]. Это крайняя точка спектра: Гирхарт была участницей движений за права женщин и ЛГБТ, преподавала в университете и написала несколько научно-фантастических романов, где женщины живут отдельно от мужчин [32]. Её позиция показывает, как идея женского центра может превращаться в проект радикального перераспределения ролей, однако в основной массе феминистской литературы она не представлена.

Гиноцентризм в современности

В современном мире гиноцентризм изменил форму: от романтического служения он перешел в сферу законов, государственной политики и бытовой культуры. Современные исследователи (включая социологов и представителей мужских движений) выделяют несколько его проявлений:

Репродуктивные права: Женщина имеет исключительное право решать судьбу беременности (оставить ребенка или сделать аборт). У мужчин нет юридического механизма отказаться от финансового отцовства на ранних сроках или, наоборот, сохранить ребенка, если женщина против.

Опека над потомством: В большинстве стран мира при разводе суды в абсолютном большинстве случаев (70–80% и более) оставляют детей с матерями.

Уголовное право: За аналогичные преступления женщины в среднем получают более мягкие приговоры, чем мужчины, или чаще освобождаются условно-досрочно. В ряде стран к женщинам не применяется пожизненное заключение.

Принцип «сначала женщины и дети»: В случае катастроф и войн общество по умолчанию жертвует мужчинами ради спасения женщин (что биологически обусловлено защитой репродуктивного потенциала популяции) — данное правил работае не всегда и не явялется биологически обусловленным [33], оно существует и поддержиается институционально, крайне часты случаи когда в чрезщвычяайных ситуациях руковолдство даёт команду первыми спасать женщин и демонстрирует институциональный гиноцентризм

Трудовые риски: Мужчины составляют около 90–95% погибших на рабочем месте (шахты, стройки, военные действия, спасательные службы), так как общество оберегает женщин от сверхтяжелого и опасного труда.

В современном кино и рекламе мужчины чаще изображаются комичными, неловкими или агрессивными, тогда как женские персонажи транслируются как более мудрые, сильные и морально превосходящие